Вокруг холма, на котором располагается храм, каждое воскресенье один за одним выстраиваются автомобили и даже автобусы с белорусскими, украинскими, российскими номерами. В небольшой деревянной церкви не то что яблоку негде упасть, даже руки не поднять. Народ мечтает попасть хотя бы на крыльцо.
Отец Серафим читает вслух требник в потертом переплете. Люди молча слушают бусины, не замечая, что вытворяют те, кто находится рядом с алтарем. Несколько человек, которые рыдают, рычат, ругаются, вряд ли сами понимают, что с ними происходит: стиснутыми судорогой губами овладел, судя по всему, кто-то другой. «Не т-т-трогай меня! — грозит он священнику грубым голосом. — Н-не н-н-нужно меня т-т-трогать!»
Как только отец Серафим подходит ближе, одна из женщин вопиет: «Прочь! Мне и здесь хорошо сидеть!» — и уже готова броситься на священника. А он спокойно делает свое дело, понимая, что люди здесь ни при чем. Просто чертям от запаха ладана и очистных молитвы сделалось не по себе. Время от времени одержимые на какое-то мгновение становятся самими собой, виновато улыбаются, пылко крестятся. Пока невидимая сила снова не берется вытряхивать из них душу.
Источники: 
